На прошлой неделе я по семейным делам оказался в поселке Пляхо – это Туапсинский район Краснодарского края, черноморское побережье, совсем рядом со знаменитым пионерлагерем «Орленок». Родные живут в трехэтажном кирпичном коттедже у подножья горы. Участок нависает над ручьем, который скромно струится по руслу и уходит в море.

Примерно такие дома, но выпотрошенные, поставленные вверх тормашками, вы могли видеть в эти выходные в новостях. Под ними бежала строка: наводнение, чрезвычайное положение, ситуация под президентским контролем… Вот как стихийное бедствие выглядит из эпицентра.

они утонули

Заехал на пруд посмотреть, как папа играет в волейбол. Собираются почти каждый день, с семи и до заката, по-народному: кто-то приезжает на «инфе», кто-то на битом «пежо», есть и целая команда гастарбайтеров. Папа представляет игроков: «Это Маша. Только она мне дает». Маша, встревожено: «… пасы!»

Очень люблю набережную у Андреевского моста. Под мостом пляшут капоэйру (вчера — мужчина в наушниках, с закрытыми глазами), на деревянном причале — латинские танцы, танго, стэп, канкан. Люди приносят кальяны, книги, нарды (мы обычно берем 0,7 красного, но в этот раз обошлись), в реке плещутся уточки и прогулочные теплоходы. Сонно, спокойно, счастливо, очень Европа. В Москве я таких мест знаю пять-шесть, не больше.

Рыжков открыл новое место силы: сарай-бар через дорогу от «Атриума». По понедельникам — четыре коктейля по цене одного, на сцене какие-то подвальные рокеры играют хиты юности («кнок-кнок-кнокин он хееевенс дуууур!» и другие школьные медляки), пляшут девочки с попами и менеджеры «Шатуры-мебель» — такой «Риал Маккой» в лучшие его времена. К двум ночи веселье заканчивается, у стойки, как сурикаты, выстраиваются бляди в парадной форме, но мы к этому моменту уже убрались. Заводим традицию.

Заглянул в М’АРС на вечеринку печа-куча. Это как бы «интеллектуальное караоке»: лекторы из народа за 6 минут показывают 20 слайдов и тараторят о чем-нибудь важном, а потом еще 6 минут отвечают на вопросы.

Вообще-то правила печа-кучи прописаны до мелочей. Кумулятивный удар по неподготовленной аудитории: идея излагается четко, доходчиво, с иллюстрациями. Формат придуман японцами. На него дают лицензии городам (в России право проводить печа-кучи есть только у Питера), да и выглядит все немного не так: должны наливать, а на обсуждении не включают секундомер – после презентации можно трындеть хоть полчаса.

В пиратском московском исполнении это сильно напоминает стендап-комеди. Мелькают кадры, докладчика несет, зал ржет. Лучшее выступление: «Растения – повелители мира». Первый слайд – тот, что на фото. Человек с микрофоном нагнетает: «В чем смысл жизни? Почему вымерли динозавры? Что такое Бог? Все это вы узнаете сегодня!» Время пошло.

Растения – это более высокая информационная форма жизни, архитекторы мира, суть Бог. Динозавры вымерли потому, что производили удобрений ровно столько, сколько слопали зелени. Но это неэффективно: «Мир – идеальная система. Все оптимизировано и предназначено для какой-то цели. Но для какой? Перелетные птицы, открытие новых континентов – это экспансия растений на новые территории. Что человек делает в течении жизни? Рождается, ест, производит удобрения, умирает… Мы – роботы по производству компоста».

Трава за нами следит: «Поймите, что мысли человека – это сны растений!». Она нами манипулирует: «Почему люди выращивают на дачах огурцы-помидоры? Ну кто вот в молодости представляет, что в старости он станет сажать на огороде помидоры? А ведь вы будете!» На очередном слайде пословица: «Построить дом, вырастить сына… Но причем здесь посадить дерево? Все просто: произведи растение, произведи нового робота и создай условия для жизни следующего поколения роботов!»

Слушатели взволнованы: «Мы все знаем, что кроме мира животных и растений есть мир грибов. Почему вы о нем ничего не сказали?» Или: «Офисный планктон — попытка метафизического брака с растениями?». Или: «Какие растения вы потребляете?»

«Вы вегетарианец?» – это кто-то из третьего ряда. Лектор не тушуется:

— Да вы что! Есть мясо надо. Это замысел растений! Животный мир – низкий класс. Он питается травкой. Но остальные пласты едят уже не растения, а тех, кто ест растения. И тех, кто ест тех, кто есть растения. Получается пирамида, которая создает КУЧУ удобрений! Вспомните динозавров. Станете вегетарианцем – скоро умрете!

Возражать не хотелось. И как?

Вернулся домой. Откупорил шираз. Прожарил стейк.

Хотел промолчать про Lost, чтобы никому не портить сюрприз. Но какое там: на «Лостфильме» 100500 скачиваний и кому надо, все уже в теме.

В газете вышла заметка о том, что Lost типа придумали зрители, но что-то мы промахнулись. Пока все сомневались в Абрамсе (а к шестому сезону дрогнул, по-моему, каждый), тот крутил в руках нормальный такой кубик Рубика. Сложилось. Джек открыл глазки – Джек закрыл глазки. Вода слита. Да будет свет.

Прекрасный финал. Ну да, не остров — иллюзия, а все остальное. Все там будем, а Бена, конечно, жаль: он гнида, но он — наша гнида.

Зато теперь можно спокойно обсудить реальный масштаб сериала: точно лучший за нулевые, социокультурный эксперимент, глобальное испытание веры… К тому же он вполне антикризисный. Толстый мальчик из неблагополучной семьи нашел-таки работу.

Еще хотелось бы взглянуть на сценарную заявку, с которой в 2004 Lost начался. Думаю, там всего одно предложение. (Хотя скорее всего ее сразу сунули в шредер, потом один усатый француз нашел конфетти в студийной мусорке, шесть лет клеил на скотч и в конце-концов снял по ней «Вход в пустоту»).

И да, давайте признаем – это были отличные годы.

Нашел наш разговор с телеведущими Бонусом и Гамовером, которых не так давно вспоминал. Залез на YouTube посмотреть пару выпусков «От винта!» — а там все или почти все, ради чего я прогуливал школу. Меня хватило на час, но этот час просидел с совершенно идиотской улыбкой. Попутно еще много что вспомнилось.

Как прошел X-Com за три дня. Зачистил марсианскую базу, потащился на кухню, там разбил стакан с молоком и минуты три стоял над осколками – пытался сделать Load Game.

Как подделал ключи от родительского кабинета, чтобы причаститься к Diablo. Родители возвращались всегда неожиданно, и надо было быстро выключить блок, замести следы, закрыть дверь – и все это секунд за 15. Пробивался через пещеру, крошил каких-то рогатых демонов и при этом прислушивался, не приехал ли лифт на этаж, не шаркает ли кто на пролете. Вот это был саспенс.

Однокашника Мишу, который жил на Арбате в квартире с тысячей канареек (они все время пищали, пахли и дохли) и у которого мы пробовали новые экшны в адовых переводах на русский. Blood, к примеру, я знал исключительно как «Ленин. Первая кровь».

И так далее, и так далее.

У «От винта!» есть дельный фан-сайт. Все эфиры собраны в 20-гигабайтный архив – они много у кого вызывают те же камбэки. Ну и, собственно, интервью. Вроде, хорошее:

— Пару раз подходили люди: “Я системный администратор. И это благодаря вам. Вам! Я в детстве смотрел программу “От Винта” и… Стал тем, кем я стал. Спасибо!” Гляжу на человека, а чувства двойственные. Он сидит где-то в офисе, администрирует локальную сеть! Кто знает, до каких высот он мог вознестись, если бы мы не сбили его с толку, если бы не уничтожили своей передачей?

Когда-нибудь постить котов законодательно запретят. Но до этого я научусь монтировать видео и сделаю ролик о взрослении нашего. Взяли мы кота вот таким. Он потихоньку вытягивался, гонял по квартире резинку для волос, потом плюшевую мышь, осла, подкидывал к потолку здоровенного пса – и вот добрался до поющей свиньи. Зовут парня Денали Феликс Луана, но для своих – просто Стич.

Петербург, Васильевский остров, но такое же граффити я потом видел на Невском: трафарет — оружие планктона.



Меня раз пару раз обступали и строго так спрашивали, что думаю о газпромовской башне. При этом цыкали: «Тихо, пусть скажет москви-ич!» — и от этого затяжного «москвиииич» я как-то сразу чувствовал себя китом.